Александра Маринина: «Ирония — это единственное, что реально может спасти»

Писательница, чьи произведения давно стали классикой, а сама она носит почетный титул Королевы детектива, поделилась своими мыслями в эксклюзивном интервью с Womanhit.ru

Александра Маринина: «Ирония — это единственное, что реально может спасти»

– Какие ваши герои вам ближе всего положительные или отрицательные? Ведь многие почему-то говорят, что отрицательные им интересней — мол, они объемнее.

– Отрицательных героев действительно легче прописывать и интереснее, это правда, но это отнюдь не означает, что они ближе. «Ближе» примерно равно «я сам такой же, и я его понимаю». Вряд ли подобное может происходить у автора с отрицательным персонажем.

– Вам самой приходилось сталкиваться в жизни с «рикошетными жертвами», ведь в первом томе «Отдаленных последствий» вы пишете об этом?

– С «рикошетными жертвами» сталкивается каждый человек и практически каждый день. Когда вы прочитаете роман, то поймете, что вообще редкий человек смог избежать этой участи. Уверена, что и вы тоже относитесь к их числу.

– Где берете жизненные ситуации, о которых пишите?

– Ситуации на то и жизненные, чтобы быть взятыми из жизни.

– С кем советуетесь и кому первому даете прочитать написанное?

– Не советуюсь ни с кем, а первых читателей у меня несколько. Одни читают кусками по мере написания, другие — когда первый вариант рукописи готов, третьи — когда сделаны правки и редактирование. Мнение этих читателей для меня очень важно и ценно. Кроме того, в собственном тексте очень трудно находить ошибки, несостыковки и «косяки», поэтому свежий сторонний взгляд оказывает существенную помощь.

– Что вам нужно, чтобы комфортно писать: отдельный кабинет, выезд на природу, печатная машинка, одиночество, море и т. д.

– Главное — одиночество, то есть, чтобы не мешали и не отвлекали. На этапе придумывания нужна возможность подолгу гулять молча, ни с кем не разговаривая, а на этапе работы непосредственно над текстом — тишина и возможность писать -это либо компьютер, либо блокнот, это уже по ситуации.

– Как приходит вдохновение? Или у вас все по графику, к примеру, каждое утро написать пару страниц?

– Вдохновения у меня не бывает вообще. Есть время, когда я знаю, что писать, и есть время, когда я этого не знаю. Если знаю, если понимаю, как будет развиваться ситуация, эпизод, характер, — сажусь и пишу. Если не знаю — останавливаюсь и думаю. Пауза может быть тянуться несколько дней, недель, даже месяцев.

Александра Маринина: «Ирония — это единственное, что реально может спасти»

– Многие считают, что ваши книги обладают терапевтическим свойством. На ваш взгляд, в этом их самая главная ценность? Или в чем-то другом?

– Я вообще не знаю, обладают ли мои книги какой-то ценностью. Если на кого-то они производят терапевтический эффект, то я могу этому только порадоваться. Значит, я не зря трудилась, гробила здоровье, тратила время и силы: это принесло кому-то пользу, пусть даже это всего один человек.

– Почему они читаются на одном дыхании, так же как смотрятся и экранизации снятые по ним?

– Понятия не имею. Я не филолог и не литературовед, чтобы знать ответ на этот вопрос. Я просто делаю так, как делаю.

– Вы, кстати, сами перечитываете свои произведения?

– В последние годы — да, но не перечитываю, а слушаю аудиоверсии. Мне важно понимать, как звучит то, что прежде я видела только в письменном виде. Но вообще-то мне бывает жаль тратить время на то, что я уже и так знаю, ведь есть столько еще непрочитанного!

– Вы занимались в жизни вещами, далекими от писательства?

– Странный вопрос… Можно подумать, что я как родилась — так и занялась написанием книг. Я училась в школе, потом в университете, служила в МВД, двадцать лет занималась научной работой в области криминологии. Да и теперь я ведь не пишу книги с утра до вечера, я живу нормальной жизнью и занимаюсь много чем другим помимо писательства.

– Помните, когда впервые задумались о том, чтобы чем-то поделиться с бумагой?

– Помню. Это был 1991 год. К тому времени я уже довольно много поняла о том, что такое преступность на самом деле, и написала множество служебных и научных текстов на эту тему. Но мне хотелось свободы изложения, отсутствия обязательной канцелярщины в стиле, эмоций. И я себе не отказала.

Александра Маринина: «Ирония — это единственное, что реально может спасти»

– Вы довольны экранизациями ваших романов?

– В основном нет. Экранизации довольно далеки от того, что написано в книгах, вложено в них. Первые три сезона «Каменской» были более приближены к текстам, остальные — «чем дальше — тем страньше».

– Вы общались с Еленой Яковлевой уже спустя годы после «Каменской»?

– Нет, мы с Еленой Алексеевной не общаемся, хотя и знакомы. Она чудесный умный человек с потрясающим чувством юмора, безумно талантливая актриса, и я благодарна судьбе за это знакомство.

– Вы тщеславный человек?

– Абсолютно нет. Не тщеславна, не честолюбива. Я молчаливая одиночка, интроверт. Все прочие определения будут с частицей «не».

– Как относитесь к своему титулу Королевы детектива?

– Отношусь с юмором. Как и к себе самой, и ко всему, что происходит. Ирония — это единственное, что реально может спасти. Не нужно ничего принимать всерьез, кроме тяжелых болезней и смерти близких.

– Вам необходимо, чтобы вами восхищались?

– Зачем? Мне необходимо, чтобы мои мама и муж были здоровы и в хорошем настроении, это, собственно говоря, то основное, что нужно мне для счастья.

– Отзывами коллег дорожите?

– Дорожу. Если это действительно коллеги-авторы, а не критики. Понять автора может только автор, то есть тот, кто сам вкладывал душу и мозги в создание произведения, жил этим месяцами, болел этим, страдал. Тот, кто потратил несколько часов на то, чтобы это прочитать, никогда не поймет и не прочувствует того, что поймет и увидит другой автор.

– Если они негативные, переживаете? Или такого не случается?

– Конечно, переживаю. Я же нормальный человек, мне приятно, когда мою работу одобряют, и я расстраиваюсь, если она вызывает нарекания.

– А то, что пишут читатели, это вас волнует?

– Мне это интересно, но на дальнейшую работу не влияет никак. Читатели часто пишут, что хотели бы, например, встретить в очередной книге такого-то персонажа или такую-то проблему. И что я должна делать? Послушно выполнять заказы? Да никогда в жизни! Я все равно буду делать только то, что интересно мне самой. Или, например, читатели пишут, что книга им не понравилась, они ожидали чего-то другого. Что дальше? Да ничего! Я не обязана всем нравиться и удовлетворять все запросы. На свете огромное множество самых разных книг, на любой вкус и спрос, люди всегда могут найти то, что им нужно. Почему они предъявляют мне претензии, если сами выбрали неправильную книгу?

Источник

Загрузка ...
Сity News 2